• Группа (Свет, Тень, Торбен) ищет информацию о Проклятии смерти.
• Спасают жреца от бандитов «Жентарим», ищущих Артура Симбера.
• Жрец требует 25 золотых за предсказание. Разочарованные в чужих богах, герои уходят, уповая только на своего Бога и Учителя.

2. Путь по реке. День 1

• Находят тело убитого искателя приключений, забирают его экспедиционный набор.

3. Путь по реке. День 2 (первое столкновение)

• На них нападает стая летающих обезьян.
• Свет ослепляет их священным символом, отчего те загораются и падают в воду «как звёзды».
• Вечером группа ест жареные крылышки обезьян.

4. Путь по реке. День 3 (засада)

• У острова с каменной статуей лодка натыкается на гигантского крокодила.
• Сразу же с руин появляются птеролюды, устраивая скоординированную засаду.
• Свет ослепляет птеролюдов.
• Торбен оглушает крокодила мощным ударом.
• Тень занимает оборонительную позицию, прикрывая группу.
• Враги отступают.

5. «Огненный Палец» – Ночное проникновение

• Группа решает скрытно проникнуть в башню-гнездо птеролюдов.
• Уничтожают гнездо летучих тварей в нижней пещере.
• В пещере выше застают врасплох и побеждают четырёх птеролюдов-старейшин.
• Пленный старейшина отказывается говорить и уничтожает часть их карты.

5.1. Встреча с Мефином

• В соседней пещере находят в клетке аракокра (птицегуманоида) Мефина.
• Освобождают его.
• Мефин сообщает:
  • Наверху башни ещё около 8 птеролюдов.
  • Чтобы узнать о руинах, нужно найти в Кирсобале шамана Ашара и попросить его исполнить «танец семи ветров».

5.2. Штурм вершины башни и падение

• Группа пытается зачистить вершину «Огненного Пальца».
• План проваливается: Свет обнаруживают и сбрасывают с высоты 300 футов.
• В падении она не успевает расправить крылья и тяжело разбивается.

5.3. Спасение и возвращение в бой

• Тень с невероятной скоростью сбегает по вертикальной стене башни вниз.
• Он успевает спасти Свет, стабилизировав её зельями.
• Придя в себя, Свет наконец активирует свои крылья аасимара.
• Свет взмывает в небо для атаки.
• Тень отвлекает птеролюдов, бегая по стенам.
• Торбен мастерски отступает вниз по внутренним ходам башни, заманивая и убивая преследователей.

5.4. Победа и её цена

• Группа берёт верх, убивая вожака и четырёх других птеролюдов.
• Трое остаются в живых, но ранены.
• Перед смертью птеролюды издают сигнал бедствия.
• На зов слетаются соседние племена птеролюдов.
• Группа вынуждена спешно отступить, скрытно спустившись к реке.
• Они затаиваются в джунглях, маскируя лодку, и слушают, как ночь наполняется криками разъярённых крылатых существ, ищущих их.

Перед тем как войти в зелёный ад Чалта, наши герои сделали последнюю попытку найти опору в мирах чужих богов. Они направились в храм Савраса — бога долга и порядка, — надеясь выведать у местного жреца сведения о Проклятии смерти, окутавшем джунгли.

Храм встретил их не молитвами, а звуками борьбы. На жреца напали бандиты из гильдии Жентарим, рыскавшие в поисках некоего Артура Симбера. Торбен уже сжимал рукоять своей секиры, а Тень растворился в тени колонны, готовый к немой атаке. Но вперед шагнула Свет. Не доставая оружия, она воздела свой сияющий священный символ и обратилась к налетчикам. Её голос, обычно звучавший проповедью, теперь гремел непререкаемым приказом, полным уверенности в своей праведности. Она говорила не о золоте, а о суде, который ждет тех, кто поднимает руку на служителя (пусть и чужого) бога. Убеждённость в её глазах была столь ослепительной и пугающей, что бандиты, пошарив, отступили без единого удара.

Однако благодарность спасенного жреца Савраса оказалась иной. Вместо пророчества или совета он протянул руку, требуя 25 золотых монет за откровение. В этот миг в сердцах Свет и Тени угасла последняя искра надежды на помощь со стороны. Их вера, пламенная и безраздельная, принадлежала только их Богу, а служение Ему — их Учителю. Если боги этого мира глухи или торгуют истиной, значит, путь укажет только Он. Они отвернулись от храма, не дав ни монеты. Их дорога лежала не к алтарям, а в самое сердце скверны — в джунгли.

Покинув коррумпированный Порт Нянзару с формальной хартией от Пылающего Кулака, группа двинулась вверх по реке. Их лодка была островком враждебного мира.

• День первый: Молчаливое предупреждение. Первой находкой стало тело. Не изуродованное, не обглоданное — будто жизнь просто покинула его. Рядом валялся экспедиционный набор с картами, уже тронутыми плесенью. Тень осмотрел место без единого слова, его красные глаза сканировали каждый сломанный лист. Свет прошептала ритуальную фразу, но в её глазах не было скорби — лишь холодное подтверждение действия Проклятия. Трофей был мрачным, но информация — валютой в этих джунглях.

На второй день плавания, когда солнце начинало клониться к горизонту, джунгли внезапно ожили. С густого полога деревьев с визгом сорвалась стая летающих обезьян. Прожорливые твари, падкие на блестящие безделушки и еду, метались вокруг лодки, хватая всё, что плохо лежало.

Свет наблюдала за этим несколько мгновений с выражением глубокого презрения на лице. Затем её черты озарились не гневом, а спокойной, безраздельной уверенностью. Она даже не произнесла молитвы. Она просто подняла свой священный символ — и он вспыхнул. Это был не свет дня, а концентрированное, обжигающее сияние истинной веры, невыносимое для существ, чьи души были пусты. Для безбожных тварей этот свет стал физическим огнём.

Одна за другой, с пронзительными, обрывающимися визгами, обезьяны вспыхивали, как факелы из перьев и плоти. Их горящие силуэты, оставляя в наступающих сумерках короткие золотые шлейфы, камнем падали в тёмную воду. Тень, стоя на корме, следил за этим безмолвным фейерверком. В его красных глазах отражались падающие искры. Для него это зрелище было прекрасным и строгим, как звездопад в конце лета — не романтичное предзнаменование, а неумолимое указание на конец цикла, на очищение через огонь.

Вечером того дня над костром витал дразнящий, невиданный доселе аромат. Группа, подобравшая несколько неплохо прожаренных самой природой туш, объелась жареными крылышками летающих обезьян. Торбен с аппетитом уплетал неожиданно пикантное мясо, хваля его вкус. Свет и Тень же ели в почти ритуальном молчании. Для них эта трапеза была не просто ужином, а актом принятия силы: они вкушали плоть поверженных тварей, лишённых благодати, дабы укрепить себя для служения Богу и Учителю.

На следующее утро река сделала изгиб, открыв вид на небольшой островок, увенчанный поваленной каменной статуей воина чалтов. Пока путешественники, ещё полные вчерашней уверенности, разглядывали руины, лодка внезапно наткнулась на что-то под водой и резко остановилась, заскрипев днищем.

Прямо по курсу из мутной воды, медленно и неизбежно, поднялась огромная рептилья морда. Два холодных, безразличных глаза уставились на них, оценивая добычу. Перед ними был гигантский крокодил, чьи размеры делали их лодку хрупкой скорлупкой.

И в тот же момент с развалин статуи на каменные глыбы стали взбираться и срываться в низкий, планирующий полёт крылатые фигуры — птеролюды. Они не нападали сходу. Они занимали позиции, зловеще перекликаясь. Картина сложилась мгновенно: это засада. Хищник в воде задерживал добычу, а стая в воздухе готовилась к кровавой трапезе.

Ход битвы:

• Свет среагировала первой. Гнев праведности вспыхнул в её глазах ярче вчерашнего очищающего света. Она вынесла вперёд символ и излила в мир ослепительную вспышку, ударившую по сгрудившимся птеролюдам. Несколько взвыли, ослеплённые, другие запаниковали, сталкиваясь в воздухе.
• Торбен, видя главную угрозу, не раздумывал. С низким рёвом он бросился вперёд по качающейся лодке и, вложив в удар всю свою мощь, обрушил тяжелый молот прямо в темя чудовища. Раздался глухой, сокрушающий удар, от которого даже гигантский крокодил закачался и перевернулся на бок, оглушённый.
• Тень не бросился вперёд. Он исчез. Одна секунда он был на своём месте, следующая — его уже не было видно среди теней от лиан и корпуса. Его красные глаза, холодные и расчётливые, сканировали поле боя из укрытия. Он занял позицию живого щита позади Свет, его тело было сжатой пружиной, готовое выстрелить к любому птеролюду, посмевшему пикировать на жрицу, или к крокодилу, если тот опомнится. Его роль — не первый удар, а гарантированный, безошибочный последний для любой новой угрозы.

Пока крокодил с трудом приходил в себя, а стая птеролюдов металась в дезорганизации, группа сумела отгрести на безопасное расстояние. Гигантская рептилия, почувствовав боль и решимость добычи, предпочла скрыться в глубине. Оставшиеся птеролюды, лишившись главной силы засады, не решились нападать в одиночку и рассеялись в листве.

Спустя несколько дней плавания вдалеке показалась их первая крупная цель — разрушенная сигнальная башня, известная как «Огненный Палец». Её вершина, некогда полыхавшая магическим огнём, теперь лишь дымилась, а по её уступам и выбоинам копошились десятки крылатых силуэтов. Прямое противостояние с целой колонией птеролюдов было безумием. Группа приняла решение, достойное их скрытой природы: ночное скрытное проникновение.

Под покровом непроглядной чалтийской ночи они причалили в укрытой бухте. Найдя полуистлевшую верёвочную лестницу, они, как тени, поднялись в нижние ярусы башни — в пещеру, опутанную липкой паутиной и тишиной. Преодолев ловушки и узкие ходы, они вышли в обширный грот. С потолка, словно зловещие плоды, свисали десятки спящих летучих тварей, не птеролюдов, но столь же враждебных. Свет, не колеблясь, наполнила пещеру очищающим светом, испепелив их всех одним безмолвным всполохом. Тень всё это время шёл впереди, его дампирская восприимчивость улавливала в темноте малейшую магическую рябь и биение чужой жизни, направляя группу по безопасному пути.

Поднявшись выше, они застали врасплох четырёх птеролюдов-старейшин, греющихся у тлеющих углей костра. Их скрипучий шёпот строил коварные планы. Свет не стала давать им шанса — ослепительная вспышка вновь озарила пещеру, став сигналом к атаке. Торбен с рёвом врубился в схватку, его молот находил цели с грубой эффективностью. Тень же стал призраком среди них. Он не метался — он перемещался от одной тени к другой, используя столбы и уступы. Его атаки были не яростными, а хирургически точными: удар по горлу, чтобы заглушить крик, удар по суставу крыла, чтобы обездвижить. Он методично калечил, оставляя живых для допроса. Когда один из старейшин, хитрый и проворный, схватил их проводника-полурослика и рванулся к пролёту, именно меткий бросок топора Торбена сбил похитителя в последний момент.

Одного из старейшин взяли живьём. Но пленник оказался фанатиком. Угрозы о карте руин привели лишь к тому, что птеролюд в акте немого презрения разорвал и сожрал драгоценный клочок пергамента, уничтожив ключевую информацию. Ярость была холодной и бесполезной.

Однако в соседней, затхлой пещере их ждала неожиданная удача. За деревянной решёткой томился пленник — измождённый, со связанными крыльями, аракокра (птицегуманоид) по имени Мефин. Пока Свет, надев маску сострадательной жрицы, вела переговоры, Тень стоял в стороне. Его красные, не мигающие глаза изучали каждое движение Мефина, каждую интонацию, выискивая ложь или скрытый смысл, оценивая его полезность для высшей миссии Учителя.

Мефин, благодарный за освобождение, выдал информацию, ценнее любой карты:

1. На самом верху башни гнездятся ещё около восьми птеролюдов.
2. Чтобы узнать о древних руинах Чалта, им нужно найти в городе Кирсобале шамана Ашара.
3. Ключом к его помощи будет кодовая фраза: нужно попросить Ашара исполнить «танец семи ветров».

Свет, верная своей роли, попыталась обратить спасённую душу в свою веру, но Мефин, вежливо и твёрдо отказав, расправил онемевшие крылья и скрылся в ночном небе. Ключ был получен.

План был безупречен в своей жестокой простоте. На вершине «Огненного Пальца», под зловещим пульсирующим светом его магического сердца, спали последние восемь птеролюдов, включая их массивного вожака. Свет должна была стать центром бури, живым очагом, из которого вспыхнет очищающий огонь, пожирающий всех разом.

Но джунгли Чалта питаются самыми безупречными планами.

Провал. Крик. Падение. Свет не удалось остаться невидимой. Её силуэт, выходящий из люка, на долю секунды замер на фоне багрового неба — и этого хватило. Часовой издал не крик, а пронзительный, разрывающий тишину сигнал тревоги. Гнездо взорвалось яростью. И прежде чем Свет успела воздеть символ, один из ближайших птеролюдов, не раздумывая, рванулся к ней. Не для атаки. Для избавления. Мощный удар когтистой лапы пришёлся ей в грудь, срывая с ног и отправляя за низкий парапет в чёрную пустоту. Она, аасимар, потомок небесных существ, в падении инстинктивно попыталась расправить крылья. Но шок, боль, внезапность — её разум, перегруженный адреналином и молитвой, на мгновение застыл. Мысль не успела стать действием. Триста футов пустоты промчались мимо в тишине, прерванной лишь свистом ветра, а затем — оглушительным, костоломным гулом удара о землю внизу, смягчённого лишь густыми зарослями у подножия башни.

Спуск во Тьме. Вверху начался хаос — рёв Торбена, взмахи крыльев, крики. Но для Тени всё это слилось в белый шум. В тот миг, когда тело Светы исчезло за краем, в нём сработало что-то глубже приказов Учителя, глубже дисциплины монаха. Чистая, нерассуждающая необходимость. Он не побежал к лестнице. Он шагнул в пустоту со стены башни. Но это не было падением. Его ступни, наделённые сверхъестественной силой его ордена, ударили по вертикальной каменной кладке, и он побежал. Вниз. По почти отвесной стене. Двести тридцать футов за считанные секунды. Камень крошился под его сандалиями, гравитация цеплялась за полы его робы, но он был быстрее. Он был не человеком, а тенью, струящейся вниз по лицу скалы, живым воплощением падения, которое само себя контролирует. Со стороны это выглядело бы как чудо или кошмар.

На Земле. Бездыханное Тело. Он нашёл её там, в яме из сломанных веток и примятой земли. Она дышала. Еле-еле. Жизнь, некогда такая яркая в её глазах, трепетала на волоске. Кровь. Сломанные кости. Он не тратил время на диагностику. Его движения были лишены суеты. Одной рукой он приподнял её голову, другой — выдернул пробку и влил в полуоткрытый рот густое зелье лечения. Затем — второе, из её собственного пояса, которое его ловкие пальцы нашли быстрее, чем сознание могло бы скомандовать. Магическая энергия зашивала разрывы, ставила кости, возвращала краску на щёки. Но этого было недостаточно. Тогда Свет, на грани сознания, через боль прошептала сломанным голосом слова молитвы. И её Бог откликнулся. Слабый, тёплый свет струился из её ладоней, дополняя работу зелий, затягивая самые страшные раны. Она открыла глаза. Они были полы болью и тёмной, неугасимой благодарностью. Он спас её не от смерти — он вернул её в бой. Он выиграл у судьбы те самые доли секунды, на которые опоздала её мысль о крыльях.

Озарение. Именно тогда, ударившись о землю в зарослях у подножия, она наконец вспомнила. Боль пронзила её, как сигнал. В последний момент, когда жизнь уже готова была покинуть разбитое тело, из глубины её души вспыхнул свет. Не божественный, а её собственный, врождённый. Из её спины, сквозь разорванную робу, расправились сияющие, призрачные крылья — на мгновение, лишь чтобы погасить остаток скорости. Это не спасло от переломов и страшных ушибов, но превратило смертельный удар в тяжёлое, выживаемое ранение. Через мгновение рядом возник Тень. Не бежал — примчался, как тень, стекающая по стене. Без слов он влил в неё зелья, а она, сквозь боль, добавила к ним слабый луч своей целительной веры. Она выжила. И поднялась на ноги, её крылья, теперь видимые знаки её природы, медленно угасали, оставляя лишь ощущение силы и… новой ярости.

Месть с Небес и Расщелин. Они не полезли обратно на верёвки. Они начали контратаку.

• Свет, с сиянием в глазах и болью в костях, взмыла вверх. Её крылья аасимара, теперь подконтрольные, несли её к месту её позора. Она появилась над площадкой не как жертва, а как небесная кара. Ослепляющие вспышки били с неба, сея панику среди птеролюдов.
• Тень, видя её возвращение, мгновенно перестроил тактику. Он ринулся вверх по вертикальной стене башни, его сандалии отбивали дробный стук по камню. Он не атаковал — он провоцировал. Он мелькал на периферии зрения врагов, срывался с уступов, заставляя их бросаться за ним в неловкие, нескоординированные полёты, отвлекая от Торбена и от парящей сверху Свет.
• Торбен, тем временем, проявил хладнокровие настоящего ветерана. Он не стал драться на краю пропасти против стаи. Вместо этого он начал мастерски отступать. Он проделал путь вниз по внутренним расщелинам и лазейкам башни, тем самым путём, который они с таким трудом изучили при подъёме. Птеролюды, неуклюжие в тесных каменных переходах, не могли за ним угнаться. Он воронкой затянул несколько преследователей в узкие места, где его молот обретал сокрушительную силу.

Контроль и Расплата. Тактика сработала. Группа раздробила стаю, взяла инициативу в свои руки. В яростной, но теперь контролируемой схватке они положили на камень пятерых, включая свирепого вожака. Трое оставшихся, искалеченные и деморализованные, были отброшены. Башня была зачищена, контроль восстановлен. Но победа оказалась пирровой.

Перед смертью вожак или кто-то из его сородичей издал не крик, а долгий, пронзительный зов, разносящийся на мили. И джунгли ответили. Сначала с дальних вершин, потом с ближних утёсов. Крики, писки, шум сотен крыльев. Соседние племена птеролюдов были подняты по тревоге. Ночные джунгли, и без того враждебные, ожили тысячами враждебных глаз, замерцав в отдалении. Стало ясно: оставаться на башне — значит быть окружёнными и разорванными на куски.

Затаившееся Отступление. Группа, не медля ни секунды, бросилась вниз, к своей лодке. Они не бежали открыто — они исчезли. Используя навыки Тени для скрытного передвижения и грубую силу Торбена для расчистки пути, они затерялись в самом густом подлеске у реки. Лодку оттащили в скрытую заводь, замаскировали ветками. Теперь они сидели в кромешной тьме, прислушиваясь к тому, как ночь наполняется яростными криками с неба. Птеролюды искали их. Но джунгли — великие скрыватели. Крики смещались, удалялись, снова приближались, но лагерь, затаивший дыхание, оставался необнаруженным. Они были в полном здравии, но в осаде. Им предстояло переждать эту долгую, тревожную ночь, а утром решать: прорываться ли вниз по реке к относительной безопасности, или же, рискуя всем, держать путь в Кирсобал за обещанным шаманом и его таинственным «танцем семи ветров».

Дополнительные материалы

Дневник Тени №1

Видеодневник 1

Дневник. Чалт. Экспедиция.

Запись первая. Порт. Прибыли. Внешние контуры миссии очерчены. Подбор состава удовлетворительный. Свет. Исполнительница. Ревностна. Демонстрирует фанатизм открыто, что служит эффективным социальным щитом. Её вера искрення, действия решительны. Речевые паттерны избыточны, но функциональны для взаимодействия с местными. Торбен. Наёмный элемент. Мотивация – материальная выгода и профессиональная репутация. Верит в силу стали и собственный расчёт. Религиозные аспекты миссии игнорирует или не замечает. Считает себя лидером группы по факту наёмного контракта. Это заблущение тактически полезно. Он – легитимное прикрытие, «лицо» экспедиции для местных властей. Пока его цели по устранению угроз пересекаются с нашими, его присутствие терпимо. Инструмент не обязан понимать руки, в которой находится.

Запись вторая. Храм Савраса. Попытка получить сведения через местный культ провалилась структурно. Служитель продемонстрировал не духовную, а торговую сущность. Свет провела операцию по устранению помехи (бандиты) вербальным воздействием. Эффективно. Жрец остался глух. Отказ от дальнейшего взаимодействия был единственно верным. Это подтверждает тезис: внешние системы верований здесь коррумпированы или бессильны. Истинный путь не покупается.

Запись третья. Река. День первый. Обнаружение тела. Объект: тело искателя приключений. Признаков насильственной смерти нет. Вероятная причина – воздействие локального феномена («Проклятия»). Свет провела внешний ритуал осмотра, сохраняя легенду. Торбен изъял материальные ресурсы (карты, снаряжение). Мои функции: оценка периметра, поиск скрытых угроз. Угроз не обнаружено. Сама тишина – угроза.

Запись четвёртая. Река. День второй. Инцидент с летающими приматами. Нападение некрупных биологических помех. Свет применила демонстрацию силы через Символ. Метод эффективен против низкоорганизованной фауны, восприимчивой к световым/огненным воздействиям. Уничтожение целиком было избыточным с тактической точки зрения, но эффективным как акт устрашения и подтверждения статуса. Торбен воспринял инцидент как досадную помеху и возможность пополнить провиант. Его комментарии касались утраченного мешка и вкусовых качеств мяса. Для него это был инцидент. Для нас – акт очищения и подтверждения иерархии. Разделение восприятия сохраняется.

Запись пятая. Река. День третий. Координированная засада. Первое столкновение с разумной местной угрозой (птеролюды) в сочетании с фауной (крокодил). Тест на групповую динамику. Свет: Приоритетная нейтрализация группы противника (ослепление птеролюдов). Верное целеполагание. Торбен: Фокусировка на самой очевидной и крупной физической угрозе (крокодил). Применение грубой силы для дестабилизации. Задача выполнена. Мои действия: Занятие оборонительно-наблюдательной позиции. Контроль флангов, обеспечение безопасности Свет, оценка поведения Торбена в бою. Его боевая эффективность приемлема. Его мотивация («не дать себя съесть», «заработать») привела к нужному для миссии результату. Слаженность возникла ситуативно, без предварительного согласования. Это приемлемый базовый уровень.

Запись шестая. Объект «Огненный Палец». Ночное проникновение. Решение о скрытном инфильтрации вместо лобового столкновения – тактически верное, соответствует принципам экономии сил. Операция по зачистке нижних ярусов прошла в штатном режиме. Свет применяла силу без колебаний, что соответствует её профилю. Ликвидация группы «старейшин». Торбен действовал как ударная единица. Моя роль – точечная нейтрализация, подавление сигналов тревоги, захват образца для допроса. Образец (птеролюд) оказался неинформативен и предпринял акт уничтожения материального актива (карты). Его ликвидация была неизбежна. Торбен воспринял это как личную обиду («испортил карту»). Его реакция проста и предсказуема.

Запись седьмая. Контакт с местным агентом (Мефин). Обнаружение и освобождение аракокра Мефина. Свет провела переговоры, сохраняя легальную легенду (милосердная жрица). Получена ключевая информация: вектор движения – населённый пункт Кирсобал, цель контакта – шаман Ашар, кодовый сигнал – «танец семи ветров». Данные имеют высокую потенциальную ценность. Попытка Свет вербовать агента была формальной и ожидаемой, но безуспешной. Отпускание агента – верное решение. Ликвидация была бы бессмысленным актом, компрометирующим легенду.

Запись восьмая. Штурм верхней платформы. Тактическая ошибка и её последствия. План: точечное применение силы Свет по групповой цели. Исполнение: провалено. Свет была обнаружена и подверглась физическому воздействию со смещением за пределы платформы (сброс). Анализ ошибки: Недостаточное обеспечение скрытности ключевого элемента. Моя ответственность. Допущена слабина в оценке бдительности противника. Реакция: Необходимость экстренного реагирования перевесила тактический расчёт. Применена максимальная скорость вертикального перемещения для достижения точки падения. Свет получила критические повреждения. Применены экстренные медицинские ресурсы (зелья) с её последующей стабилизацией через её собственную способность. Выжила. Это не заслуга, это исправление критической ошибки. Неудовлетворительно.

Запись девятая. Контрнаступление. Свет, после стабилизации, активировала латентные возможности (крылья) и применила тактику воздушного подавления. Действовала решительно, компенсируя полученный ущерб. Торбен, оценив ситуацию как проигрышную для обороны наверху, инициировал организованное отступление через внутренние структуры башни, эффективно заманивая и ликвидируя преследователей в узких зонах. Его поведение демонстрирует практичный, не лишённый изворотливости ум. Моя роль: Смена функции. Вместо обеспечения скрытности – активное отвлечение внимания противника (провокационные манёвры по вертикальным поверхностям). Цель: разделение сил противника и их дезориентация. Цель достигнута. Итог столкновения: ликвидирована ключевая цель (вожак) и большая часть группы. Подавление очага сопротивления успешно.

Запись десятая. Стратегические последствия. Перед ликвидацией цели издали координирующий сигнал. Сработал механизм взаимопомощи среди локальных группировок птеролюдов. Теперь угроза имеет не точечный, а районный характер. Мы спровоцировали широкий ответ. Текущая ситуация: группа перешла в режим скрытого положения. Преследование ведётся, но пока безуспешно. Торбен настаивает на отступлении по реке к исходной точке для получения оплаты по контракту. Его логика ограничена рамками контракта и личной безопасности. Свет ориентирована на продолжение миссии (Кирсобал). Её мотивация совпадает с истинными целями. Предварительная оценка: Открытое движение по реке теперь сопряжено с высокими рисками из-за приведённых в состояние повышенной готовности сил противника. Требуется изменение маршрута или поиск альтернативных способов перемещения. Компромиссное решение: отход на безопасную дистанцию, поиск сухопутного проводника в Кирсобал. Это удовлетворит необходимость продолжения миссии и частично учтёт прагматичные соображения Торбена (уход из зоны непосредственной угрозы).

Итоговая оценка этапа:

• Легенда группы устойчива.
• Эффективность боевого взаимодействия с агентом Торбен – удовлетворительная, несмотря на различие мотиваций.
• Допущена одна критическая тактическая ошибка, приведшая к риску потери ключевого исполнителя. Ошибка исправлена, но факт остаётся.
• Получены новые координаты для продолжения миссии.
• Локальный статус группы перешёл из «исследователей» в «активных раздражителей». Это требует коррекции поведения на следующем этапе.

Дальнейшие действия будут зависеть от решения по вектору движения. Какой бы путь ни был избран, мои функции остаются неизменными: обеспечение безопасности Свет, наблюдение, устранение угроз, сокрытие истинных целей. Инструмент Торбен пока полезен. Его исповедание не имеет значения. Важен результат его действий. Пока он даёт нужный результат, он будет терпим.